3.8

Никогда не доверяй женщине

Никогда не доверяй женщине

О книге

 Мастер детективной интриги, король неожиданных сюжетных поворотов, потрясающий знаток человеческих душ, эксперт самых хитроумных полицейских уловок и даже… тонкий ценитель экзотической кухни. Пожалуй, набора этих достоинств с лихвой хватило бы на добрый десяток авторов детективных историй. Но самое поразительное заключается в том, что все эти качества характеризуют одного замечательного писателя. Первые же страницы знаменитого романа «Дни печали мисс Халлаген» послужат пропуском в мир, полный невероятных приключений и страшных тайн, – мир книг Джеймса Хедли Чейза, в котором никому еще не было скучно.


Глава 1

1

 Я приехал в Лос-Анджелес по просьбе друга юности Джорджа Колливуда. На просьбы друзей надо всегда откликаться, в этом я не сомневаюсь. А с Джорджем нас связывала многолетняя дружба. И если он просил меня приехать к нему, значит, нуждался в помощи.

 Лос-Анджелес – огромный богатый город, изобилующий дорогими отелями, где вас обслуживают по высшему классу, за проживание нужно платить минимум сто долларов в сутки. К несчастью, я не отношусь к тем, кому это по карману.

 Ночные улицы, шумные, кричащие. Везде манящая реклама: отель люкс «Амбассадор» со своими знаменитыми парками, чуть дальше по улице «Гайлорд», за ним «Шератон» и, наконец, роскошный «Беверли-Хиллз». А рядом с ним «О'елер» – едва ли не самый дорогой отель в мире. В общем, это те места, куда нога простого смертного, имей он хоть тысячу жизней, никогда и ни за что не ступит. Ну разве что обслуживать богатых туристов, процветающих бизнесменов, кинозвезд и прочих знаменитостей, вывозить их мусор или подавать им завтраки, втайне мечтая когда-нибудь побывать в их шкуре.

 Одним словом, передо мной были места, где миллиардеры чувствовали себя, в общем, очень уютно.

 Не стоит также забывать, что Лос-Анджелес, окутанный легендами, навечно связан с Голливудом – этим олимпом кинорежиссеров, писателей, сценаристов, менеджеров, продюсеров и кинозвезд.

 Но меня весь этот флер романтичности мало волновал. Меня интересовала улица Сан-Педро, № 2180, где проживал мой друг Джордж Колливуд.

 Загнав машину на стоянку, я с любопытством посмотрел на сверкающую вдали, в свете ночных огней, антенну башни аэропорта Локхид Эйр Терминал. Прежде чем направиться к своему другу, я решил выпить чашечку кофе и еще что-нибудь покрепче.

 Ночь переливалась тысячами огней, горевших над известнейшими клубами, зазывая всех любителей веселой жизни провести приятно время и подрастрясти свои кошельки. Чарующие названия «Кафе Руж», «Мокамбо», «Мулен-Руж» воспламеняли воображение и приятно щекотали нервы. В такие моменты мне хочется расслабиться и быстренько выбросить из головы все заботы, особенно подобные моим. Конечно, для этого желательно, чтобы карманы были набиты деньгами. Так приятно немножко поразвлечься: потанцевать с грациозными красотками, окунувшись в тончайший аромат изысканных духов, пить пряные напитки до легкого головокружения и наконец, опьянев от всех этих ощущений, забыться в объятиях страстной мулатки. Но, увы, меня ждали дела. И судя по тому, что написал мне Джордж, дела были серьезные. Но дела пока еще могли подождать. Я же наслаждался горячим кофе и вспоминал: мне уже доводилось бывать в Лос-Анджелесе на Олимпийском стадионе и в Пан Аудиториум два года назад. Я приезжал на бейсбольный чемпионат звезд. Я не самый рьяный поклонник этого вида спорта, но люблю испытывать острые ощущения. В те времена, играя на тотализаторе, я как раз поставил несколько долларов на каурую Санта-Амиту в надежде выиграть что-нибудь на бегах. Результатом моего безумства явился абсолютно опустевший карман. При воспоминании об этом меня передернуло.

 Сейчас все было по-другому. Мне повезло. Я располагаю собственным бюро с пятью служащими и двумя секретаршами, кучей консультантов и мальчиков на побегушках.

 Кроме прочих земных благ, я имею четыре автомобиля, счет в банке, может быть, не такой ошеломляющий, но вполне придающий вес и респектабельность. Одеваюсь я у «Кирилла», одного из ведущих дизайнеров мужской одежды в Нью-Йорке.

 Допив свой кофе и рюмочку кое-чего покрепче, я почувствовал необходимость немного прогуляться по шумным улицам Лос-Анджелеса. Осматривая витрины, прислушиваясь к гулу толпы, я различал резкие звуки игральных автоматов, которыми были забиты все бары вокруг, шуршание шин дорогих автомобилей и легкую музыку, приглушенно доносившуюся из раскрытых дверей ночных клубов. Мой взгляд рассеянно блуждал по яркому многоцветью людского потока. Ослепляющий неон реклам то вспыхивал, то исчезал во мраке, и я постепенно погружался в волшебный мир чарующей ночи Лос-Анджелеса, такой беззаботный и равнодушный.

 Внезапно меня кто-то резко толкнул. От неожиданности я не смог удержаться на ногах и растянулся прямо у маленького магазина, больно ударившись о ступени. Падая, я почувствовал резкую боль, словно мне всадили шило в живот, и, уже лежа на ступеньках, я попытался перевернуться, чтобы посмотреть, что же все-таки произошло. Но увидел только спину и красивые ноги удаляющейся женщины, одетой во что-то воздушное голубого цвета – видимо, это было платье или костюм, которые потрясли мое воображение. Но едва я раскрыл рот, чтобы крикнуть ей вслед, как почувствовал, что теряю сознание.

 Люди и предметы начали вращаться перед моими глазами с фантастической скоростью. Я почему-то подумал, что обычно у меня кружится голова, когда перебираешь спиртного, мешая разные напитки… Я закрыл глаза, провалившись в черную пустоту.

2

 Придя в себя, я увидел приветливую улыбку медсестры. Она с интересом разглядывала меня.

 – Как вы себя чувствуете?

 Прежде чем ответить, я лихорадочно соображал, куда меня занесло.

 – Неплохо, – пытаясь улыбнуться в ответ, сказал я и почувствовал, что лицо мое как будто окаменело. Признаюсь честно, я запаниковал.

 Я сделал попытку поднять руку и с ужасом обнаружил, что не могу пошевелиться. Но, как это ни странно, мой мозг и язык продолжали самостоятельную жизнь. Медсестра увидела, что я пришел в себя, и быстро выскочила из палаты, бросив на ходу: «Потерпите минуточку!»

 Вскоре она вернулась с доктором – высоким плотным мужчиной в очках. Его мясистый нос украшала респектабельная черепаховая оправа.

 – Я – доктор Кук, – заявил он, глядя поверх очков.

 По его озабоченному виду было ясно, что он просто не знает, к какой категории отнести меня – к миру живых или обществу трупов.

 – Доктор… – вымучил я, – что… со мной произошло?

 Молчание было долгим. Наконец доктор, видимо, решился и произнес:

 – Кураре.

 Одно-единственное слово, которое, как говорится в старых романах, заставило затрепетать сердце и заледенеть душу.

 Я на самом деле почувствовал, как сердце бешено забилось и в висках застучала кровь.

 – А как вам… удалось, – забормотал я, – спасти…

 – Вашу бессмертную душу? – подхватил доктор.

 Я слабо кивнул. И мне стало ясно, насколько у меня хреновое самочувствие, потому что сразу закружилась голова.

 – А кто мог?..

 Но доктор Кук не дал мне закончить фразу:

 – Не знаю, хотя вам, мой дорогой мистер Бакстер, это должно быть известно лучше, чем кому бы то ни было. Но в любом случае считайте, что вам чертовски повезло. Иголка, смоченная ядом, натолкнулась на плотную ткань одежды, проникнув лишь в верхнюю часть эпидермиса, вызвав частичный паралич. Я уверен, что нам удастся нейтрализовать действие кураре и вы вскоре сможете отправиться домой.

 – Я тоже надеюсь, доктор.

 – Вы, судя по удостоверению, частный детектив?

 Его вопрос прозвучал так, как будто он спрашивал меня, не гомосексуалист ли я. В голосе звучало недоверие и слегка скрываемое презрение – как раз то, что всегда меня сильно раздражало.

 – Да, – кратко ответил я.

 Доктор продолжал:

 – У вас, видимо, есть какие-нибудь соображения относительно того, кто вас сюда спровадил?

 – Абсолютно никаких. Ведь я детектив категории «С», то есть самой низкой, – пошутил я.

 Но доктор не поддержал моей шутки, даже не улыбнулся. Медсестра по имени Клер, как выяснилось позже, молча подошла ко мне и сунула под мышку термометр. Я присмотрелся к ней. У нее была гладкая белая кожа, ухоженные мягкие руки с длинными тонкими пальцами. Ногти красивой формы были профессионально острижены, а из-под белого колпачка выбивались густые рыжие волосы. Голубые глаза успокаивающе смотрели на меня. В общем, она производила впечатление абсолютно здоровой молодой девушки. Впрочем, мое описание может показаться банальным, хотя Клер нельзя было отнести к категории заурядных людей – она была в высшей степени привлекательной. Позднее, когда мы с ней познакомились поближе, я узнал, что Клер – студентка медицинского факультета университета, а здесь, в клинике, она проходила практику.

 – Честно говоря, – произнес я с трудом, – мне всегда казалось, что в Лос-Анджелесе используются современные методы убийства. Но, видимо, кинематограф оказывает сильное влияние на умы убийц. Вообще-то странно, согласитесь, едва я прибыл в чужой город, как тут же подвергся нападению неизвестной мне женщины…

 – Женщины? – переспросил доктор с неожиданным интересом.

 – Да, доктор, женщины. И уверяю вас, она двинула меня с такой силой, как не смог бы толкнуть и центральный нападающий «Всех звезд» Хосе Карделас. Знаете, это был футбольный толчок по всем правилам.

 – Понимаю, – заметил доктор, хотя, собственно, понимать было нечего.

 Я лежал на больничной кровати, абсолютно беспомощный, но мои мозги лихорадочно работали, компенсируя вынужденное бездействие.

 Я перебирал всевозможные варианты, которые могли послужить причиной, толкнувшей неизвестную личность на столь жестокое убийство. Постепенно все события выстраивались, образуя логическую цепочку. И тут в голову мне пришла одна простая, но крайне дельная мысль.

 Замечу мимоходом, что я далеко не последний кретин и природа одарила меня кое-какими интеллектуальными способностями. В пользу подобного утверждения говорит хотя бы тот факт, что я располагаю определенной суммой в банке. Кроме того, без ложной скромности скажу, что мое сыскное бюро имеет хорошую репутацию, а моя голова не раз спасала мою шкуру, помогая раскручивать самые изощренные преступления, включая и убийства, от которых отказывались более зубастые сыщики. Я с нетерпением воскликнул:

 – И долго вы собираетесь держать меня здесь, доктор?

 – Все зависит от того, как отреагирует ваш организм на противоядие. Мы его ввели вам всего полчаса назад.

 – Это опасно?

 Доктор улыбнулся. Его глаза под толстыми стеклами очков добродушно смотрели на меня.

 – Мужчина вашего телосложения не должен бояться реакции введенной вакцины. Подобные инъекции мы делаем даже детям. Когда вас привезли сюда, я был убежден в том, что вы уже не жилец на этом свете, так как началось трупное окоченение и кожа быстро чернела. Именно внутривенное вливание и спасло вас…

 – Значит, вам я обязан жизнью, доктор?

 – Это моя обязанность. Думаю, через пару дней вы сможете выйти при условии, что не будет отрицательной реакции. Вы производите впечатление человека с крепким здоровьем, занимающегося спортом и ведущего здоровый образ жизни.

 Его слова заставили меня вспомнить прокуренные бары, портовые забегаловки, ночлежки самого низшего пошиба, бордели, именуемые отелями, пропитанные любыми запахами, кроме приятных, игорные дома, берлоги проституток, которые я посещал по служебной необходимости или же просто потому, что мне всегда приятно испытывать острые ощущения. Говоря о здоровом образе жизни, доктор, видимо, не знал столь деликатных деталей моей биографии, думая совсем о другом. Да, верно, какой-то период я усиленно занимался спортом, но потом нью-йоркское существование так переломало мои привычки, что мне пришлось мотаться по жизни как угорелому. Впрочем, и десять миллионов жителей этого проклятого города делали то же самое.

 Вначале я смотрел на поездку в Лос-Анджелес как на своего рода увеселительную прогулку. Но кто-то другой попытался продлить ее, пожелав навечно отправить меня в заоблачные высоты…

Комментарии




Поделитесь ссылкой