4.2

Крысы Баррета

  • Вик Моллой, #3
Крысы Баррета

О книге

 Детективное агентство Вика берется за любые, даже самые сложные расследования. Однако с делом о похищении мужа миллионерши ему пришлось повозиться. Полицейские собираются упрятать за решетку Ника Пирелли, человека, который однажды спас Вику жизнь. Чтобы снять обвинение с друга, детектив пускается на поиски настоящих преступников.

 Книга так же издавалась как «Сами догадайтесь», «Судите сами», «Карусель загадок», «Месть обманутой женщины», «Смерть в особняке».


Часть первая

Глава 1

 В один из жарких июньских дней я безмятежно дремал в своем кабинете, когда Паула просунула в дверь свою милую темноволосую головку и прервала мой отдых.

 – Тебя ждет дело Уингрова, – напомнила она.

 Иногда я жалею, что мне в голову пришла мысль создать бюро «Универсал-сервис». Дело здесь не в трудности самой работы – так или иначе мы справлялись с ней, – не в отсутствии денег – мы зарабатывали вполне прилично, – а в том, что были поручения, за которые не хотелось даже браться.

 Именно таким было дело Уингрова. Оно проскользнуло в контору, когда я отсутствовал, вместе с задатком в пятьсот долларов, и Паула взяла конверт. Заключалось дело в следующем: нужно было вернуть домой сбежавшую дочь Мартина Уингрова, одного из самых влиятельных людей Оркид-сити. Фактов в моем распоряжении было немного. Отец девушки – противный толстый хапуга – открыто содержал танцовщицу; мать давно сбежала с шофером, годившимся ей в сыновья; брат лечился от наркомании в частной клинике. В общем, картина малопривлекательная. Впрочем, я еще не видел самое мисс Уингров. Судя по слухам, она ни в чем не уступала своим родичам. Что ж, это только облегчало дело! Говорили, что девушка живет у Джеффа Баррета, жлоба, развращенного до мозга костей. Мне была предоставлена полная свобода действий. Девушке еще не исполнился двадцать один год, и Уингров имел право силой вернуть ее домой. Но… вряд ли Баррет легко расстанется с ней. Да и сама она, скорее всего, откажется возвращаться. Так что, судя по всему, меня ожидала приятная работенка… Вообще-то подобными делами должна заниматься полиция, но Уингров боялся, что в этом случае дело попадет в газеты. Поэтому он поступил так, как до него поступали многие, когда не хотели выставлять напоказ свое грязное белье: поручил дело мне.

 Последние три дня я занимался разными пустяками и надеялся, что Паула забыла об Уингрове, но я плохо ее знал…

 – Что? – я открыл один глаз и укоризненно посмотрел на нее.

 – Дело Уингрова, – настойчиво повторила она, входя в кабинет.

 Я выпрямился в кресле.

 – Сколько раз повторять, что я не желаю выполнять грязную работу? Отошли деньги назад и скажи, что я занят.

 – Ты собираешься отказаться от пятисот долларов?

 – Я просто не хочу заниматься этим делом.

 – Чем оно тебе не нравится? – терпеливо спросила Паула. – Оно займет у тебя не более часа.

 – Оставь меня в покое! Позвони Уингрову и скажи, что мы заняты.

 – Меня удивляет, что у тебя вообще есть какая-то работа, – ядовито заметила Паула. – Надеюсь, ты знаешь, что в конце месяца нам придется платить по счетам? Не забудь, что письменный стол, за которым ты сидишь, еще не оплачен.

 Я знал, что в таком духе Паула может продолжать весь день, если ее не остановить.

 – Ладно, пусть этим займется Керман. Почему бы ему, разнообразия ради, не поработать немного? Почему вся грязная работа достается мне? Пошли Кермана!

 – Он учит мисс Риттер водить машину.

 – Как, опять?! По-моему, он слишком долго этим занимается. В чем дело? Не может быть, чтобы за два месяца она не научилась держаться за баранку!

 – Она в восторге от Кермана, – сказала Паула, скрывая улыбку. – Это, конечно, дело вкуса, но она говорит, что езда в машине с таким мужчиной, как Керман, – незабываемое ощущение для женщины. По-моему, она неврастеничка. Впрочем, какое это имеет значение, платит она хорошо.

 – Ты не думаешь ни о чем, кроме денег. Значит, из-за того, что мисс Риттер – неврастеничка и в восторге от Кермана, я должен выполнять всю грязную работу?

 – Ты можешь в любой момент нанять себе еще одного помощника, – заметила Паула.

 – Еще одного бездельника вроде Кермана? Благодарю покорно! Итак, пусть с завтрашнего дня он займется настоящей работой, а учить мисс Риттер буду я. Надеюсь, она не разочаруется…

 – Адрес: Джефферсон-авеню, 247… – начала Паула.

 – Знаю, можешь не напоминать. Этот адрес у меня в печенках сидит. Последние пять дней я только его и слышу!

 Я надел шляпу и направился к выходу.

Глава 2

 Дом номер 247 по Джефферсон-авеню оказался многоквартирной коробкой с пышным навесом над главным входом. Войдя в вестибюль, где было сумрачно и тихо, я сразу направился к лифту. Направо, за ширмой из тропических растений, располагался стол с коммутатором. За ним сидела девушка с наушниками на шее и просматривала полосу сатиры и юмора в газете. Удивило то, что она не обратила на меня никакого внимания. Обычно в таких домах вас ловят уже у входа и с пристрастием допрашивают, кто вы и к кому идете. Но не успел я дойти до лифта, как из-за колонны вышел мужчина в поношенном черном костюме. У него было круглое толстое лицо в красноватых прожилках и холодные глаза. Усы скрывали неприятный тонкогубый рот. В общем, он выглядел тем, кем был на самом деле, – отставным полицейским, подрабатывающим отпугиванием нежелательных посетителей.

 – Вы к кому? – спросил он.

 – У меня назначена встреча, – я улыбнулся.

 – Мы проверяем всех посетителей. К кому вы идете?..

 Мне не хотелось, чтобы Баррета предупредили о моем приходе, поэтому я вынул бумажник и достал из него пять долларов. Взгляд вышибалы оживился. Я протянул ему банкноту, он схватил ее и зажал в кулаке – рефлекс, выработанный годами.

 – Считайте, что я вас не видел, – буркнул он.

 Сидевшая за столом девушка оторвалась от газеты и посмотрела на него с застывшей улыбкой на лисьем личике. Открывая дверь лифта, я увидел, как вышибала направился к ней – вероятно, поделиться чаевыми.

 Я поднялся на четвертый этаж. Квартира Баррета находилась в конце длинного полутемного коридора. Я прислушался. За дверью орало радио, потом раздался звон разбитого стекла. Я нажал на кнопку звонка. Мне долго не открывали, потом радио замолкло и дверь распахнулась. На пороге стоял блондин в красной домашней куртке. Его худощавое бледное лицо можно было назвать красивым. На верхней губе у него были усики, похожие на жирную гусеницу. Зрачки янтарных глаз были сильно расширены.

 – Хэлло! – протяжно сказал он. – Это вы звонили? – Судя по виду, он был под кайфом, а с таким надо держать ухо востро.

 – Нет, привидение!..

 – Я тоже люблю шутить, – спокойно сказал он и, вскинув руку, запустил мне в голову бутылкой, спрятанной в рукаве.

 Благодаря хорошей реакции, мне удалось уклониться и нанести акцентированный удар ему в челюсть. Он рухнул на пол. Я перешагнул через него и прошел в комнату. Повсюду валялись сигареты с марихуаной. В камине лежала груда разбитых бутылок из-под виски. Мебель была перевернута, как будто здесь недавно выясняли отношения пьяные грузчики. Я прошел по кроваво-красному ковру в спальню. Там горел свет, занавески на окнах были задернуты. На кровати лежала молоденькая блондинка. Она была совершенно голая, не считая янтарных бус на шее и тонкой золотой цепочки на ноге. Некоторое время мы молча смотрели друг на друга, потом девушка подарила мне бессмысленную улыбку человека, накурившегося марихуаны. Выглядела она малопривлекательно: рот распух, словно ее недавно били, да и на теле было несколько заметных синяков. Ясно, что она была не в состоянии внимать здравым советам.

 Оставить ее здесь или отвезти домой?

 Ее отец – не подарок, но он, по крайней мере, не пичкает ее наркотиками. Пожалуй, лучше отвезти ее домой.

 – Хэлло, мисс Уингров, как вы смотрите на то, чтобы отправиться домой?

 Девушка ничего не ответила, продолжая бессмысленно улыбаться. Вряд ли она понимала, что я ей говорю. Мне было неприятно ее касаться, но я видел, что идти самостоятельно она не сможет и мне придется нести ее на плече. Интересно, что скажет вышибала, когда увидит, как я буду ее тащить?

 В спальне нашлась вторая кровать. Я стащил с нее одеяло и накинул на девушку.

 – Вы можете идти? – безнадежно спросил я.

 Девушка продолжала все так же оторопело пялиться на меня. Я наклонился и приподнял ее, но в этот момент она внезапно ожила и бросилась обратно на кровать, обхватив меня руками так, что я не мог пошевелиться. Я потерял равновесие и упал на нее. Хихикая, она прижала меня к себе. Мне стало не по себе от ее горячего, потного тела, но я не мог разжать ее рук. Во время этой борьбы мы свалились на пол и продолжали кататься по нему, натыкаясь на мебель. Получив два болезненных удара по лицу, я окончательно разозлился и легонько ткнул ее в солнечное сплетение. Девушка задохнулась и стала хватать ртом воздух. Я поднялся. Отдышавшись, подсчитал потери – оторван воротничок и пола пиджака, на щеке саднила длинная царапина.

 Девушка все еще извивалась на полу, когда в комнату вошел Баррет. Он ступал осторожно, как кошка, на лице его застыла идиотская улыбка. В правой руке он держал нож, вероятно, взятый на кухне. Его вид и особенно нож заставили меня встревожиться.

 – Брось нож, Баррет! – крикнул я.

 Он продолжал медленно, как лунатик, приближаться ко мне. Понимая, что нужно остановить его, прежде чем он загонит меня в угол, я схватил с кровати подушку и швырнул в него. От удара он пошатнулся, тогда я схватил стул и загородился им. В следующий момент Баррет бросился на меня, но я успел ударить его стулом. В ту же секунду сзади на меня прыгнула девушка и, вцепившись в горло, стала душить. От неожиданности я вскрикнул, и мы оба снова свалились на пол. Мне удалось оторвать ее пальцы от горла, но тут надо мной склонился Баррет.

 «Все кончено», – пронеслось у меня в голове, когда увидел лезвие ножа, нацеленное мне в живот.

 И тут кто-то вбежал в комнату.

 Баррет повернулся и выронил нож. Неизвестно откуда взявшийся крепыш с силой ударил его по голове чем-то похожим на мешок с песком. Баррет упал на четвереньки, пытаясь подняться. Тогда мой спаситель нанес ему второй удар, и Баррет окончательно растянулся на полу. Все это заняло каких-то пять секунд. Девушка пронзительно закричала. Когда я сбросил ее с себя, она налетела на моего спасителя и стала царапать ему лицо. Недолго думая, он стукнул ее все тем же мешком. Она упала. Наклонившись, он приподнял пальцем ее веко, потом выпрямился и улыбнулся мне.

 – Хэлло! Шел мимо, услышал крик… Вам, кажется, пришлось нелегко?

 Вытирая лицо платком, я сказал:

 – По-моему, он не понимал, что делает. Думаю, что он до самых жабр пропитан наркотиками… – Я посмотрел на девушку. – Надеюсь, вы не очень повредили ее?.. Она моя клиентка.

 Он беззаботно махнул рукой.

 – Не беспокойтесь. С этими подонками только так и нужно поступать. Столько неприятностей я вынес из-за них за последние три дня! Они без передышки визжали и дрались друг с другом, одним словом, мешали мне спать.

 – Значит, вы живете здесь?

 – К сожалению. Моя квартира напротив. Меня зовут Ник Пирелли.

 Я тоже представился.

 – Я так благодарен вам! Если бы не вы, этот тип прирезал бы меня, как цыпленка.

 Пирелли улыбнулся. На его смуглом лице застыло добродушное выражение. Парень производил приятное впечатление.

 – Значит, вы глава «Универсал-сервис»? Неплохое дело. Жаль, что не я его владелец.

 – У моей работы есть свои недостатки. Вот, например, один из них. Если вам что-нибудь понадобится, обращайтесь ко мне, я с радостью сделаю для вас все, что смогу. Обслужим по первому классу!

 – Запомню, – сказал он, улыбнувшись. Потом ткнул носком ботинка лежавшую девушку. – Так она одна из ваших «услуг»?

 – Да, причем наименее приятная. Я должен вернуть ее папаше.

 – Вряд ли он обрадуется.

 Я поднял одеяло и набросил его на девушку.

 – Папаша немногим лучше дочери. Как отнесется вышибала внизу к тому, что я заберу ее отсюда?

 – Макси? – Пирелли рассмеялся. – Да он вывесит по этому поводу праздничные флаги. Он просто мечтал избавиться от нее, да вот только до смерти боится Баррета. Я сейчас иду на свидание со своей девушкой, так что мы можем спуститься вместе. Я позабочусь о том, чтобы он не тронул вас.

 – Прекрасно. Мне не хотелось бы в довершение ко всему быть обвиненным в киднэппинге.

 – На случай, если вы хотите привести себя в порядок, – ванная там, – Пирелли указал налево. – У вас несколько растрепанный вид… А я пока присмотрю за девицей.

 Я прошел в ванную и, как мог, привел себя в порядок. Даже после умывания и чистки я выглядел так, словно подрался с дикой кошкой. Вернувшись, закутал девушку в одеяло и взвалил на плечо.

 – Жаль, что она не может идти…

 – Да, это у нее не получится, – согласился Пирелли. – После моего удара она не скоро придет в себя.

 – Вы всегда берете на свидание мешок с песком? – спросил я Пирелли, когда мы, никем не замеченные, внесли девушку в лифт.

 Он усмехнулся.

 – Не выхожу без него. Дело в том, что я – профессиональный карточный игрок, а драка после игры всегда была лучшим способом выяснения отношений. Поэтому я и обзавелся несколькими мешками с песком.

 – Да, один из них вы очень удачно применили только что.

 – О, пустяки! Секрет в том, что нужно бить сильно. Слабый удар только раззадорит противника!..

 Лифт остановился, мы вышли в вестибюль. Увидев нас, девушка-телефонистка встала с кресла и нажала на кнопку звонка. Из-за колонны, как чертик из коробочки, выскочил вышибала. Заметив ношу на моем плече, он угрожающе заворчал и двинулся ко мне.

 – Успокойся, Макси, – сказал Пирелли. – Мы просто выносим лишний мусор.

 Разглядев лицо девушки, Макси остановился на полдороги.

 – А, вот это кто! Куда вы ее везете?

 – Какая разница? Главное, что мы увозим ее от тебя.

 – Пожалуй, ты прав, – сообразил Макси. – А Баррет не против ее отъезда?

 – В данный момент он спит, и нам не хотелось его будить.

 Макси разглядел царапины у меня на щеке и присвистнул.

 – Ладно, парни, считайте, я вас не видел.

 Он повернулся к девушке за столом.

 – Слышишь, Грейси, мы никого не видели!

 Девушка кивнула и вернулась к своему прежнему занятию. Макси показал на дверь.

 – Поглядите, нет ли копов.

 Мы вышли на улицу. Полицейских не было. Я положил девушку на заднее сидение бьюика и захлопнул дверцу.

 – Ну что ж, еще раз благодарю. Без преувеличения, вы сегодня спасли мне жизнь. – Я дал Пирелли свою визитную карточку. – Запомните, в любое время я буду рад помочь вам.

 Тогда мне было легко давать обещание этому человеку, но три недели спустя я был пойман на слове, и мне пришлось выполнять его…

Глава 3

 Керман лежал, вытянувшись во весь рост на моем диване. В своем бутылочно-зеленом костюме, шелковой кремовой рубашке и коричневых туфлях из оленьей кожи он был воплощением элегантности. На груди у него стоял стакан с виски, и он блаженствовал под звуки джаза, доносившиеся из радиоприемника. Я лежал в кресле напротив, любуясь через окно океаном, залитым лунным светом. Я никак не мог решить, что лучше: пойти выкупаться или приготовить себе еще один «хайболл».

 История с дочерью Уингрова давно канула в лету, а вместе с ней и фамилия Пирелли. Прошло десять дней с тех пор, как я вернул девушку в лоно семьи, и мне казалось, что на этом деле поставлена точка.

 – Неплохо бы нам отдохнуть, – вдруг нарушил молчание Керман. – Непрерывная работа доведет меня до язвы. Эх, закрыть бы контору и на пару месяцев махнуть на Бермуды! Мне надоело все местное. Хочется чего-нибудь экзотического, зажигательного! Как ты смотришь на это, Вик? Давай поедем! Мы ведь можем позволить себе это, правда?

 – А куда мы денем Паулу?

 Керман отпил глоток из стакана, вздохнул и потянулся за сигаретой.

 – Да, эта девушка – конец света! Она думает только о деньгах и о работе. Скажи ей, чтобы она не надоедала мне. Послушать ее, так ты считаешь, что я не отрабатываю своего жалования…

 – А разве ты его отрабатываешь? Или любой из нас? Так или иначе, но отпуска не будет. Сейчас наши дела идут хорошо, так что не будем рисковать. Стоит прикрыть контору – и через две недели о нас забудут.

 – Возможно, ты прав, – проворчал Керман. – Моя девушка стоит мне уйму денег. По-моему, она думает, что я их печатаю. Однако, при всем этом она милая и покладистая девчонка, а именно это мне всегда нравится в женщинах. Но беда в том…

 В этот момент зазвонил телефон. Керман поднял голову и сердито посмотрел на аппарат.

 – Не бери трубку, – предостерег он меня. – Наверное, это клиент.

 – Вряд ли кто-то из клиентов позвонит в одиннадцатом часу, – успокоил я его, вставая с кресла. – Скорее всего, это мое прошлое ловит меня.

 – Тогда дай мне расправиться с ней. Я умею разговаривать с женщинами…

 Я швырнул в него подушку и взял трубку.

 – Алло!

 Мужской голос спросил:

 – Мистер Мэллой?

 Такой баритон любую женщину сведет с ума. Он вызывает в их представлении образ красивого элегантного мужчины, которого они с удовольствием пригласили бы на чашку чая, пока муж на службе… Возможно, я ошибаюсь, но именно такой образ возник у меня, хотя я не был женщиной.

 – Кто это говорит?

 – Меня зовут Ли Дедрик. Я пытался дозвониться к вам в контору, но там, видимо, никого нет.

 – Простите, но контора закрывается в шесть.

 – И на том работа заканчивается, – пробормотал Керман, подкладывая подушку себе под голову. – Скажи ему, что ты болен и лежишь в постели.

 – Но ведь у вас есть или должен быть дежурный, – довольно резко возразил мой собеседник.

 – В данный момент вы и говорите с дежурным, – ответил я.

 – О, понимаю, – наступила пауза, потом он произнес: – Мне бы хотелось, чтобы вы срочно пришли ко мне. Это очень важно…

 Вопреки его властному тону у меня создалось впечатление, что он чем-то напуган. Его голос дрожал, дыхание у него было прерывистое.

 – Объясните, что вы хотите от нас, мистер Дедрик, – спросил я, не обращая внимания на бурную жестикуляцию Кермана, которая сводилась к одному: брось трубку!

 Наступило молчание.

 – Несколько минут назад мне позвонили и предупредили, что сегодняшним вечером меня похитят. Наверное, это просто шутка, но я решил принять меры предосторожности. Случилось так, что именно сегодня в доме никого, кроме меня, нет. Есть шофер, но он филиппинец, так что в случае опасности помощи от него ждать не придется. Он просто сбежит…

 Мне показалось, что он бредит.

 – Зачем вас кому-то понадобилось похищать?

 Снова пауза. Учащенное дыхание выдавало страх этого человека.

 – Я муж Сирены Маршленд, – коротко ответил он. – Не тратьте время на бесполезные расспросы, приезжайте скорее. Удовлетворить свое любопытство вы сможете позже.

 Мне не понравился его тон, да и не хотелось браться за это дело. Я работал весь день и предпочел бы вечер провести в обществе Кермана со стаканом виски, но преуспевающие люди должны всегда помнить о деле… Сирена Маршленд была четвертой среди богатейших женщин в мире.

 – Где вы находитесь, мистер Дедрик?

 – «Оушн-энд». Наверное, вы знаете, где это. Дом расположен в уединенном месте, и я хочу, чтобы вы примчались сюда на четвертой скорости!

 – Понимаю. Будем у вас через десять минут.

 – К дому ведет частная дорога. Ворота вы найдете открытыми. Собственно говоря, я только что приехал сюда…

 Он вдруг замолчал. Я подождал немного, потом сказал в трубку:

 – Алло!

 Мне было слышно возбужденное дыхание моего собеседника, но он молчал.

 – Алло! Мистер Дедрик!..

 Дыхания тоже не стало слышно, наступила долгая пауза, а затем, после легкого щелчка, линия разъединилась.

Глава 4

 «Оушн-энд» находился среди песчаных дюн, в трех милях от моего коттеджа. Его выстроил еще в 20-е годы какой-то миллионер. Ходили слухи, что ему так и не пришлось пожить там: окончив строительство, он обанкротился, застрелился и переселился в иной мир. Дом пустовал много лет, потом был куплен каким-то синдикатом и за большие деньги сдавался приезжим богатеям и знаменитостям, считавшим зазорным жить в гостинице. Поместье было роскошным и рекламировалось как «Мечта миллионера». В него входили огромный парк и плавательный бассейн, наполовину под открытым небом, наполовину под крышей. Архитектура самого дома была выполнена в стиле барокко. Его внутреннее убранство славилось прекрасными лепными украшениями и коллекцией произведений искусства.

 Когда мы мчались на бьюике по частной дороге, Керман сказал:

 – Я всегда мечтал побывать в этом доме. Вот бы снять его хоть на неделю! Как ты думаешь, во что бы это мне обошлось?

 – В сумму твоего десятилетнего жалованья, – осадил я его.

 – Тогда лучше продолжать мечтать. А жаль! Живи я в таком доме, моя девчонка давно стала бы ручной.

 – Знаешь, Джек, меня беспокоит история с этим парнем. Почему он повесил трубку посредине фразы?

 – Ты же знаешь этих типов. Им не только говорить, им дышать лень…

 – Мне кажется, кто-то вошел во время нашего разговора и ему не хотелось, чтобы этот «кто-то» слышал нас.

 – Вечно ты делаешь из мухи слона! Держу пари, что ему просто надоело говорить с тобой. Богатым не нужно задумываться о манерах, поэтому он положил трубку…

 Впереди показались широко распахнутые ворота поместья. Мы проскочили мимо них на полной скорости и понеслись по подъездной аллее, окаймленной высокими кустами рододендронов.

 – Что мы спешим, как на пожар? – поинтересовался Керман.

 – Мне кажется, Дедрик попал в беду, – ответил я.

 Машина свернула на дугообразную аллею. Темная громадина дома возникла так неожиданно, что Керман вскрикнул. Я изо всех сил нажал на тормоза. Бьюик остановился, протестующе взвизгнув шинами, буквально в двух дюймах от балюстрады.

 – Что ты остановился? – съязвил Керман, вытирая лицо платком. – Надо было въезжать прямо в дом! Ты же знаешь, я терпеть не могу ходить пешком.

 – У тебя нервы ни к черту, – сказал я. – Слишком много пьешь.

 Мы вышли из машины. Неподалеку от главного входа стоял огромных размеров черный кадиллак, не машина, а настоящий лайнер. Дом был погружен в темноту. Исключением была комната, дверь которой выходила на террасу.

 – Позвоним или войдем так? – спросил Керман, показывая в сторону освещенной комнаты.

 – Сначала заглянем внутрь. Пистолет у тебя под рукой?

 – Да, можешь взять его, – великодушно заявил Керман, вкладывая рифленую рукоятку в мою руку. – Он только оттягивает мне карман.

 – Ты просто хочешь войти туда после меня.

 Мы прошли через террасу и остановились у двери. Керман слегка подтолкнул меня, и я вошел в большую комнату, обставленную в мексиканском стиле: пышные ковры на полу, развешанная на стене конская сбруя и седла, диваны возле окна и огромный пустой камин… На столе стоял телефон и стакан с нетронутым, казалось, виски. Вывалившийся из массивной хрустальной пепельницы окурок прожег полированную столешницу…

 В комнате никого не было.

 – Вот красота! – с восторгом воскликнул Керман. – Представляешь, каково здесь жить! Что будем делать дальше?

 Я прошелся по комнате. Меня беспокоил сигаретный окурок и нетронутое виски. Керман подошел к камину, рассматривая мексиканское седло, и вдруг застыл.

 – Посмотри! – воскликнул он.

 Я подошел и увидел за диваном труп мужчины в черной шоферской форме. Во лбу у него была маленькая красная дырочка, на смуглом лице застыло выражение ужаса…

 – Великий боже, – сказал Керман довольно спокойно, – ну и испугался же я!

 Я дотронулся до руки трупа. Она была еще теплой. Значит, шофера убили совсем недавно.

 – Плохо дело, – резюмировал я. – Наверное, похитители приехали в тот момент, когда Дедрик разговаривал со мной по телефону.

 – Думаешь, его похитили?

 – Похоже на то. Вызови полицию, Джек. Нам здесь делать нечего! Как к нам относится Брендон, ты знаешь… Поднимется шум, если он узнает, что мы что-то разнюхали.

 Направляясь к телефону, Керман вдруг остановился и прислушался:

 – Кажется, машина…

 Я вышел на террасу. Действительно, по дороге к дому на большой скорости приближалась машина. Я увидел свет ее фар через кустарник.

 – Подожди со звонком, – сказал я Керману.

 Машина прошла поворот и затормозила в нескольких метрах от кадиллака. Я спустился вниз. Из машины вышла женщина. В тусклом свете было видно лишь то, что она стройная и высокая.

 – Ли? – она остановилась, вглядываясь в меня. – Это ты, Ли?

 – Мистера Дедрика здесь нет, – ответил я, направляясь к ней.

 От неожиданности она вздрогнула и повернулась, словно намереваясь бежать, но, взяв себя в руки, посмотрела мне в лицо и спросила:

 – Кто вы такой?

 – Меня зовут Вик Мэллой. Мистер Дедрик позвонил мне четверть часа назад и попросил приехать.

 – О, вот как? – она говорила одновременно испуганно и удивленно. – Но вы сказали, что его здесь нет.

 – Кажется, нет.

 – Но это невозможно! – резко сказала она.

 – А могу я спросить, кто вы?

 После секундного колебания, она ответила:

 – Я Мэри Джером, секретарша мистера Дедрика.

 – В таком случае, боюсь, что у меня есть неприятные для вас известия. Там, – я махнул в сторону освещенного окна, – лежит шофер мистера Дедрика. Он мертв.

 – Мертв? – женщина онемела, затем пошатнулась. Сделав несколько быстрых шагов, я оказался рядом, и боясь, что она может упасть в обморок, поддержал ее за талию.

 – Может, сядете пока в машину?

 Она отстранилась от меня.

 – Нет, нет, все в порядке. Вы хотите сказать, что его убили?

 – Похоже на то.

 – А что случилось с Ли… С мистером Дедриком?

 – Не знаю. Он позвонил мне и сказал, что его собираются похитить. Приехав сюда, я нашел только мертвого шофера.

 – Похитить? Вот как!.. – она снова вздрогнула. – Вы уверены, что он именно так сказал?

 – Конечно. Мы приехали сюда пять минут назад. Сейчас собираемся обыскать весь дом. Вы подождете в машине?

 – Нет, я пойду с вами. Зачем его могли похитить?

 – Я тоже задавал ему этот вопрос. На это он ответил, что является мужем Сирены Маршленд.

 Мы поднялись на террасу и вошли в комнату. Теперь я мог рассмотреть эту женщину: лет тридцати, очень красивая, но красота эта была несколько холодноватая – большие глаза, строгий рот и твердый подбородок. Она не была похожа на секретаршу. Свое вечернее платье вишневого цвета она носила с грацией манекенщицы.

 – Прошу вас, осмотрите дом, – сказала она.

 – Сначала позвони в полицию, Джек, – распорядился я.

 Пока Керман набирал номер полиции, женщина пошла взглянуть на шофера. Увидев труп, она побледнела, но уже через мгновение снова взяв себя в руки вместе с нами вышла на террасу. Керман начал осмотр.

 – Почему мистер Дедрик позвонил именно вам? – поинтересовалась Мэри.

 – Я владелец «Универсал-сервис». Наверное, вы читали наши объявления в газетах.

 – Боюсь, это название ничего не говорит мне. Я нахожусь в Оркид-сити всего несколько часов. Это бюро? И чем вы занимаетесь?

 – Мы беремся за любую работу, начиная от разводов и кончая уходом за кошками. Мистеру Дедрику понадобился телохранитель… Но я, кажется, опоздал.

 Она вздрогнула.

 – Я не могу в это поверить. Он должен быть здесь. Прошу вас, поищите его.

 – Этим займется мой помощник. Насколько я понял из нашего разговора, мистер Дедрик только что приехал сюда и был здесь один со своим шофером. Это верно?

 – Мистер Дедрик снял этот дом на лето. Они с женой были в Париже, затем на несколько дней перебрались в Нью-Йорк, а в Оркид-сити он прилетел раньше, чтобы привести в порядок этот дом. Я приехала вместе с ним, миссис Дедрик должна прибыть сюда завтра. Остановились мы в «Оркид-отеле», и вечером мистер Дедрик собирался осмотреть дом. Мы с ним договорились о том, что я присоединюсь к нему позже…

 – Понимаю.

 На террасу вышел Керман.

 – В доме никого нет, – сказал он.

 – Осмотри сад.

 Он бросил быстрый заинтересованный взгляд на Мэри и спустился в сад.

 – Он не говорил вам, что ему угрожали похищением? – поинтересовался я.

 – Нет.

 – Когда он уехал из отеля?

 – В семь тридцать.

 – Мне он позвонил в десять минут одиннадцатого. Что же он здесь делал два часа сорок минут? Вы не знаете?

 – Наверное, осматривал дом. Вам не кажется, что будет полезнее присоединиться к вашему помощнику?..

 Мне начало казаться, что она хочет избавиться от моего присутствия.

 – До прибытия полиции я останусь с вами. Я не хочу, чтобы и вас похитили.

 – А я не собираюсь здесь оставаться! Передайте полиции, что меня можно будет найти в отеле. Я возвращаюсь туда!

 – По-моему, вам лучше дождаться их приезда, – спокойно сказал я.

 – Нет, я поеду. Может быть, он в отеле.

 Она повернулась, но я схватил ее за руку.

 – Простите, но вы должны дождаться полиции!

 Она холодно посмотрела на меня.

 – Хорошо, если это необходимо. – Она открыла сумочку. – Мне хочется курить…

 Все было проделано очень ловко: не успел я опомниться, как к моему животу был прижат револьвер 25-го калибра.

 – Идите в комнату!

 – Послушайте…

 – Идите или я выстрелю.

 – Что ж, ладно…

 Я вошел в комнату и через секунду услышал стук ее каблучков. Я бросился к балюстраде.

 – Держи ее, Джек! – крикнул я в пустоту. – Только осторожнее, у нее револьвер.

 Раздался выстрел, пуля просвистела рядом с моей головой. Я спрятался за огромную вазу с пальмой.

 Послышались выстрелы, и Керман что-то возмущенно крикнул. Под шум заведенного мотора машины раздался еще один выстрел, и вслед за ним автомобиль Мэри Джером на бешеной скорости пронесся по аллее. Я сбежал с террасы, собираясь догнать ее на своем бьюике, но вовремя увидел, что своим последним выстрелом она пробила заднее колесо моей машины.

 Из темноты вынырнул Керман.

 – В чем дело? – возмущенно спросил он. – Она чуть не прикончила меня!

Глава 5

 Мы с Керманом сидели в библиотеке перед пустым камином, а у двери стоял коп с каменным лицом и наблюдал за нами. Мы уже дали показания сержанту Мак-Гроу и теперь дожидались Брендона. В соседней комнате работали ребята из отдела по расследованию убийств. Они снимали отпечатки пальцев, фотографировали труп, искали улики. Через некоторое время я услышал лающий голос и толкнул Кермана:

 – Брендон…

 – Вот обрадуется, увидев нас здесь, – ехидно сказал Джек.

 Коп у двери свирепо посмотрел на нас. Потом одернул мундир, бросив взгляд на пуговицы, – капитан Брендон был педантом, и полицейские боялись его как огня. В комнате снова воцарилось молчание. Прошло еще полчаса. Стрелки часов показывали четверть первого. Керман дремал в кресле, я мечтал о выпивке. Наконец распахнулась дверь, вошел Брендон и лейтенант Мифлин из отдела по расследованию убийств. Я толкнул Кермана, он проснулся. Брендон остановился и начал брезгливо рассматривать нас. Коренастый крепыш с круглой бело-розовой физиономией, с копной седых волос на голове и холодными глазами. Он слыл честолюбивым, но недалеким человеком, умело используя опыт и знания Мифлина, присваивал все заслуги себе. Ему удалось всего за десять лет стать капитаном полиции. Он обзавелся кадиллаком, его жена – норковым манто, дети учились в университете. Просто не верилось, что все это удавалось на одно жалование. Ходили слухи, что он берет взятки, но никто не пытался проверить это. Он умел фабриковать улики и поощрял жестокие и безжалостные действия своих подчиненных. Этот человек был наделен большой властью и потому очень опасен.

 – Как случилось, что двое таких хитрых шакалов оказались замешанными в эту историю? – спросил он своим скрипучим голосом.

 Мы молчали. Когда говоришь с Брендоном, ухо надо держать востро – мигнуть не успеешь, как очутишься за решеткой. Он взглянул на копа у двери.

 – Выйди!

 Тот удалился на цыпочках и закрыл за собой дверь. Мифлин подмигнул мне из-за плеча Брендона. Капитан уселся, вытянув свои короткие толстые ноги, и потянулся за неизменной сигарой.

 – Расскажите мне еще раз все по порядку, – начал он. – Нужно уточнить пару моментов. Когда понадобится, я вас остановлю. Итак, начинайте, Мэллой.

 – Керман и я сидели вечером у меня, – начал я. – В десять минут одиннадцатого зазвонил телефон, и человек, назвавшийся Ли Дедриком, попросил меня сейчас же приехать сюда. Он сказал, что ему кто-то позвонил и предупредил, что он будет похищен.

 – Вы уверены, что он сказал именно так? – спросил Брендон, снимая целлофан с сигары.

 – Да, а в чем дело?

 – Установлено, что сегодня вечером сюда никто не звонил. Как вы это объясните?

 – Может, ему звонили в отель?

 – Нет, мы это тоже проверили.

 – А отсюда были какие-нибудь звонки, кроме адресованного мне?

 Брендон перекатывал сигару в толстых пальцах.

 – Да, звонок в одну телефонную будку. А что?

 Мифлин сказал:

 – Его могли в течение дня попросить позвонить вечером по этому телефону, и он таким образом получил предостережение.

 Брендон с таким удивлением оглянулся через плечо, как-будто и не подозревал о присутствии Мифлина в комнате. Он всегда держал себя с ним пренебрежительно, хотя и пользовался его головой.

 – Возможно, – согласился он. – Или Мэллой лжет.

 Он посмотрел на меня.

 – Вы лжете?

 – Нет.

 – Тогда объясните, почему Дедрик обратился к вам, а не в полицию?

 У меня на языке вертелся ответ, который вряд ли ему понравится… Но, чтобы не обострять отношений, я сказал:

 – Он боялся, что его разыгрывают, и не хотел оказаться в смешном положении.

 – Что ж, продолжайте, – сказал Брендон, закуривая сигару.

 – Он говорил со мной, потом вдруг замолчал. Слышно было только его учащенное дыхание, через несколько секунд линию разъединили.

 – Вот тогда вы и должны были позвонить в полицию, – проворчал Брендон. – Вы могли уже тогда понять, что дело нечисто.

 – Я решил, что в комнату вошел шофер и Дедрик не хочет разговаривать в его присутствии. Простите капитан, но вмешивать человека такого ранга в историю с полицией… и без его согласия?..

 Брендон хмуро посмотрел на меня.

 – Дальше, Мэллой, дальше, – желчно сказал он. – Вы приехали сюда, нашли труп Суоки. Да, судя по письмам, которые нашли мои ребята в кармане убитого, именно так звали шофера мистера Дедрика. Скажите, по пути сюда вы никого не встретили? Может, мимо вас проезжала какая-нибудь машина?

 – Нет. Как только мы нашли труп, я велел Керману позвонить в полицию. Но прежде чем он успел это сделать, приехала женщина…

 – Да, теперь относительно женщины. Как она назвалась?

 – Мэри Джером.

 – Да, верно, Мэри Джером. – Он выпустил клуб дыма. – Она сказала, что является секретарем мистера Дедрика, так?

 – Да.

 – Так вот, такой женщины в «Оркид-отеле» нет. Кроме того, мы выяснили, что у мистера Дедрика вообще нет секретаря.

 Я промолчал.

 – Она была похожа на секретаршу?

 – Нет.

 – Вам не кажется, что она может иметь отношение к похищению Дедрика?

 – Вряд ли. Когда я сообщил ей об этом, она была шокирована. Кроме того, зачем ей понадобилось сюда возвращаться, если она замешана в этом деле?

 – Верно, Мэллой, – сказал Брендон, улыбнувшись. – Вы на правильном пути. Вам показалось, что она взволнована?

 – Да.

 Он уселся в кресло, уставился в потолок и через некоторое время сказал:

 – Послушайте, Мэллой, я хочу, чтобы вы уяснили себе следующее. Жена Дедрика – влиятельная женщина, следовательно, без прессы тут не обойтись. Кроме того, у нее такие связи… Мы с вами должны быть крайне осторожны, чтобы не совершить ошибки. Поэтому вы будете делать только то, что вам скажут. Ясно?

 Мы посмотрели друг на друга.

 – Держу пари, что Мэри Джером – любовница Дедрика, – продолжал он. – Это ясно как белый день. Он приехал сюда с ней, чтобы снять этот дом, а миссис Дедрик осталась в Нью-Йорке. О Дедрике нам пока мало что известно. Прошло мало времени, но мы уже копаем… Свадьба супругов Дедриков была тайной. Они познакомились в Париже восемь недель назад и почти сразу же поженились. Старик Маршленд, отец миссис Дедрик, узнал об этом после того, как они приехали в Нью-Йорк уже мужем и женой. Не знаю, почему все происходило в тайне, но полагаю, что у миссис Дедрик были основания представить его своему отцу как настоящего, а не как будущего мужа. Похоже, что Дедрик заигрывал с другой женщиной, и эта женщина – Мэри Джером. Вместе они собирались провести и эту ночь, но Дедрика похитили раньше, чем он смог предупредить свою любовницу. Все факты сходятся. Тогда понятно, почему она боялась допроса полиции и удрала до нашего прибытия, попугав вас своим оружием. И я рад этому.

 Он замолчал, ожидая, не добавлю ли я чего-нибудь. Но я промолчал. Действительно, факты как-будто сходились.

 – Я решил поговорить с вами, Мэллой, – продолжал он, холодно глядя на меня. – Дедрик похищен? О'кей. Нам придется этим заняться. Остальное нас не касается. Вы должны помалкивать о существовании Мэри Джером. В противном случае я арестую вас обоих как свидетелей, скрывающих улики, и мои ребята как следует поработают над вами… Я вам это обещаю, если газетчики получат хоть какие-нибудь сведения. По отношению к миссис Дедрик я буду как можно более предупредителен и не допущу двойной игры. С нее вполне достаточно похищения супруга, она не должна знать, что он обманывал ее. Понятно?

 Я подумал о влиятельных друзьях миссис Дедрик. Возможно, Брендон уже получил внушение от губернатора, и в данном случае капитан Брендон заботится не о чувствах и переживаниях миссис Дедрик, а о собственной карьере.

 – Да, пробурчал я.

 – О'кей, – ответил Брендон, вставая. – Вы оба можете убираться и держитесь подальше от этого дела, иначе вы скоро почувствуете, что зря родились на этот свет.

 – Для меня это не новость, – лениво сказал Керман, направляясь к двери, – почти каждое утро я просыпаюсь с подобной мыслью.

 – Убирайтесь! – рявкнул Брендон.

 Мы вышли.

Комментарии




Поделитесь ссылкой